Post sponsored by NewzEngine.com

Source: Russian Federation – City of Moscow

В Доме-музее Марины Цветаевой пройдет персональная выставка художника Алексея Панкратова. Название «33» отсылает зрителей к возрасту автора и приглашает к диалогу, затрагивающему темы, особенно волнующие художника на пороге 33-летия: влияние авторитетов, поиск себя и собственного творческого пути.

Куратор выставки — искусствовед Елена Ломова. В аннотации она отметила: «Первое, что мы видим, попадая на выставку, — интересный визуальный ряд. Художник, заинтересованный в своем деле, приобретает большой опыт визуальной насмотренности. И может свободно играть с образами, формулируя свои высказывания. Мы видим и намек на “Шулеров” Караваджо, и образ Венеры, который был интерпретирован многими художниками, и признание в любви Матиссу, чьи “Красные рыбки” превращаются в баночку с огурцами, и отсылки к натюрмортам Петрова-Водкина с “неправильной”, обратной перспективой, и использование приемов авангардистов начала ХХ века: условный цвет, плоскостность, обводка, четкие композиции, построенные на ритме пятен и линий. Язык, используемый автором, не берется из пустоты, он базируется на насмотренности и глубоком знании как классического, так и современного искусства и складывается в собственную стилистику. При этом возникает противостояние визуального и идейного содержания. Язык, к которому обращается автор, предполагает отсутствие глубоких смыслов. “Живопись ради живописи” декларировали художники начала ХХ века и отдавали предпочтение красоте цвета, линий и композиции. В таких картинах с чистым цветом и простой формой не предполагается никакой “литературщины” — истории, рассказываемой автором. Но Алексей Панкратов играет с этим правилом и включает рассказ там, где, по канонам выбранного им языка, его быть не может. Ярче всего это читается в картине “Розалинд Краусс моего творчества”, где молодая женщина стоит на фоне полок, представляющих декоративную решетку. Розалинд Краусс (известный американский искусствовед) писала, что именно структура решетки в модернизме превращает картину в царство чистой визуальности. Но, когда мы считываем эту историю, картина уже перестает быть произведением для чисто визуального восприятия. И это первое послание, над которым нам предлагает задуматься Алексей Панкратов. Вторая история, которая подтекстом проходит в каждой картине, — это личная история автора. В образе Розалинд предстает педагог Алексея, и сама сценка, которая потом была интерпретирована как образ для размышлений об искусстве ХХ века, была подсмотрена на занятиях в рисовальном классе. Таким образом через все картины проходит сопоставление визуального и литературного содержания…».

MIL OSI News (multilanguage service